Примечательный случай Ещё один примечательный случай. В один из прекрасных годов 1990-х мой отец, участник ВОВ, Тимерхан Нигаматзянов приехал в Казань на праздник суверенитета Татарстана. 30 августа мы втроём– отец, я и мой брат Рифат – решили посетить расположенные под Казанским Кремлём красочные юрты разных народов, диаспорами проживающих в Татарстане. Вошли сперва в юрту украинскую. Отец говорит: «Я на Украине воевал на Степном фронте». Обрадовались украинцы– нас угощали горилкой и салом.
Автор — Томас Нигматзянов
Башкирская юрта: холодный приём вместо татарского гостеприимного братства
В татарской юрте тоже были нам очень рады– угощались чаем с чак-чаком. Затем посетили удмуртскую юрту. Отец не успел сказать, что мы из Татышлиского района Башкирии, как тут же удмурты на гармони заиграли татарскую плясовую и принялись нас угощать самогоном и национальными блюдами. Потом зазвучала удмуртская плясовая музыка и все присутствующие пошли плясать знаменитую «Ялыки» – только пыль стояла столбом. Лично мне пригодился опыт, полученный в художественной самодеятельности РДК. Ну вот очутились мы и в башкирской юрте.
На нарядном ковре на манер казахов сидели кругом башкиры, облачённые в национальную одежду и в меховых шапках. Звучал курай. Отец на татарском языке поздравил их с праздником и изрёк: «Без Башкортостаннан Тәтешле районыннан». Никто не встал со своего места, никто не обрадовался нам – об угощении кумысом и чем-то другим и говорить нечего. Мы вышли из башкирской юрты с глубоким разочарованием.
Лесные башкиры? Татарский язык громко кричит о правде
Когда долго сбивают сливки, получается сливочное масло. Сегодня народы национальных республик – удмурты, марийцы, чуваши, татары, башкиры и другие, представляют собой сбитые в долгий исторический период «сливочные масла». Татары северо-западного Башкортостана, в том числе и Татышлинского района, и есть то самое «масло», которое получилось в результате многовекового смешения друг с другом пришедших сюда (последовательно или одновременно) волжских булгар, татар Золотой Орды, Сибирского, Казанского ханств, Ногайской Орды и мишарей Мещерского края, а также ассимиляции ими местного угорского населения. Словом, если покопаться в татарах Татышлинского края, то у одних в корнях можно обнаружить казанских татар, у других – мордву или удмуртов, у третьих – сибирских или ногайских татар.
Впрочем, это разнообразие заметно и во внешнем облике татышлинцев – то есть не надо даже глубоко «копать». Однако татышлинцы– это один народ – татары, потому что они по говору очень близки к литературному татарскому, по культуре – к казанским татарам, да они и сами до революции, а также в советское время идентифицировали себя как татар.
Похоже, в последний тысячелетний период в разных местах Среднего Приуралья «жирность сливок» (количество пришлых из Сибири и с запада татар) была разная. Поэтому население северо-запада Башкортостана по национальным признакам владеет татарскостью (земледелие, ислам), а горный восток (леса – дикие пчёлы) и юг (лесостепь – коневодство, кумыс) республики – башкирскостью. Не случайно за литературный башкирский язык был взят куваканский говор восточных, горных башкир – он сильно отличается от литературного татарского.
Если хотите знать, самый популярный башкирский танец – это танец горного орла. Это такой же национальный бренд, как башкирский мёд диких пчёл или кумыс. К сожалению, с момента создания Башкирской АССР началась насильственная ассимиляция татар республики. Стрелы пропаганды прежде всего бьют на национальное самосознание – вы «лесные башкиры», вы «северо-западные башкиры», разговаривающие «на северо-западном диалекте башкирского языка». И вот находятся татышлинские татары, которые после этого тоже заявляют: «Мы башкиры, потому что живём в Башкортостане». Некоторые высказываются: «Мы башкиры, но говорим по-татарски, потому что у нас учителя-татары были хорошие».
По их мнению, здешнее население когда-то говорило на башкирском языке, но учителя, прибывшие из Казани, легко переучили их на татарский. Некоторые чиновники оправдываются: «Мы башкиры, но разговариваем на языке наших предков». Более смелые изрекают: «Мы башкиры, но говорим на татарском языке наших предков». Или: «Гали Чокрый – наш предок, а он считал себя башкиром из рода ирэктинцев».
Хочется ответить моим землякам:
-
Мы же не считаем себя русскими, хотя живём в России.
-
Если татышлинские башкиры стали татароязычными из-за того, что учителя были хорошие, тогда почему же удмурты, марийцы и русские нашего края в советское время прекрасно владели татарским? Ведь они учились в своих селениях соответственно в удмуртских, марийских и русских школах? А ларчик открывается просто – носителей татарского языка и татарской культуры, то есть татар на северо-западе сегодняшнего Башкортостана, издревле было тьма.
-
Говорить: «Мы башкиры, но разговариваем на татарском языке наших предков» – это звучит неуважительно по отношению к башкирам. Почему удмурты Татышлинского района свободно разговаривают и на татарском, и на своём родном удмуртском языке? Башкиры что ли слабее удмуртов оказались – утратили когда-то в окружении татар свой родной башкирский язык, приняли татарский? Нет, не слабее. Просто в нашем районе вообще не было башкирских деревень и самих этнических башкир. В Буздякском районе проживают ведь дружно башкиры и татары в башкирских и татарских деревнях соответственно. Там ведь население башкирских деревень не сетует: «Мы башкиры, но говорим на татарском языке наших предков». Ибо башкиры башкирских деревень разговаривают на башкирском языке своих башкирских предков, а татары соседних татарских селений – на татарском языке своих татарских предков. Пока в Буздякском районе никто никого не ассимилировал, но процесс башкиризации и в этом районе активизировался.
-
Считать род ирэктинцев только башкирским родом – тоже не корректно. Род ирэктинцев восходит к советнику и командующему армией Чингисхана Уйшун Майкы бию. Чингисхан монгол, а Майкы бий башкир что ли? Но это же смешно! Как река от истока до устья питается многочисленными родниками, так и любой род с течением времени вбирает в себя другие этнические компоненты и отдаёт свои другим родам. Не бывает ни чистых этнических родов, ни чистых народов. Тем более, когда в старину мужчины имели по несколько жён. А вот по мнению уфимских историков/чиновников на обширных территориях Поволжья и Приуралья живут одни башкиры, которые представлены башкирскими родами Танып, Уран, Иректы, Гирей и т.д. Это всё равно, что сказать – мировой водный океан состоит из одних тёплых «башкирских» течений Гольфстрим.
-
Татароязычный Гали Чокрый, родившийся в д. Иске Чокыр, преклонявшийся перед величием Казани и Булгар, писавший свои произведения на литературном татарском – настоящий татарин. Если бы он был башкиром, то есть искренне идентифицировал себя этническим башкиром, то никак не устоял бы перед соблазном создания литературного башкирского языка. Просвещённый человек всегда служит своему народу. Занимались же удмуртские просветители ещё задолго до Октябрьской революции 1917г. разработкой литературного удмуртского языка. После образования Удмуртской АССР их работу подхватил удмуртский поэт и просветитель Кузебай Герд. Татарский язык тоже попал под битьё. В Башкортостане резко сократилось число татарских гимназий. Дело дошло до того, что сегодня в с.Верхние Татышлы татароязычных специалистов лекторы из Уфы стали обучать башкирскому. Это, конечно, правильно – в любой национальной республике РФ чиновникам необходимо знать государственный язык данной республики. Но не в ущерб родных языков народов, её населяющих. В то время, когда татарские общественные организации Башкортостана требуют, чтобы татарский язык в республике наряду с русским и башкирским приобрёл статус государственного, республиканские власти делают всё для того, чтобы предать забвению это требование. А ведь известно – не по сфальцифицированной статистике, а в реальности татары по численности в Башкирской Республике занимают второе место после русских. Однако, Москва и Уфа, как чёрт ладана, боятся по сути новой Татаро-Башкирской республики, да ещё впритык к Татарстану. Я понимаю, трудно моим землякам плыть против течения насильственной башкиризации. Все – Казань, Татарстан и татарские общественные организации Башкортостана, – помогают татышлинцам сохранить татарскую самоидентичность. В числе таких помощников и мы– кто родился и вырос в Татышлинском крае.
Стихи и живая татарская правда родного края
Для того, чтобы тюркское население Татышлинского края стало татарским – приняло татарский язык, культуру и самосознание, необходимо было не только подавляющее по численности носители татарских духовных признаков, но и своеобразная «закваска» в лице их духовных лидеров – Гали Чокрыя, Карима Амири, Шайхуллы Тулвинского, Ангама Атнабаева и других просветителей. Эта школа татарскости в Татышлинском крае была.
Хорошо! Всё-таки будем демократичными. Татары и башкиры воистину братские народы и пусть Гали Чокрый и Ангам Атнабаев будут татаро-башкирскими поэтами.
Сегодня я в своём родном районе стал изгоем. В последние годы, когда усилилась уфимская пропаганда о языке татышлинцев-тюрков, мол это «северо-западный диалект башкирского языка», в районной газете «Татышлинский вестник» перестали публиковать мои заметки, так как я всегда выступаю за татарскость моих родственников и чёрное называю чёрным, белое – белым. Правда, было одно исключение – напечатали статью о моём родственнике Нурихане Шамсиярове, написанную мною после его смерти (уроженец д. Старосикиязово Татышлинского района, доктор медицинских наук, заслуженный врач РТ и РФ, Почётный гражданин города Казани).
В ней я отметил, что вдобавок ко всему прочему он был известным поэтом и писал замечательные стихи на татарском языке. И то заметку напечатали после указания «сверху». И то фразу «на татарском языке» заменили на фразу «на родном языке».
Не опубликовали даже мои стихи «Верхние Татышлы», посвящённые к 90-летию образования Татышлинского района. Почему? Потому что в них я отражаю факт: Татышлинский край – татарский. Может быть, мои аргументы и доводы повысят стойкость убеждений татар моего родного края, что они принадлежат большой семье татарского народа Российской Федерации?
