В интервью KazanFirst историк рассказывает о том, кому и для чего нужно было приспосабливать татар к новой письменности.

Ни для кого не секрет, что среди представителей татарской нации есть доля тех, кто совершенно не владеет родным языком. И даже те, кто умеет говорить на татарском, отдают предпочтение общению на русском. «Круглые столы», конференции и другие мероприятия, посвященные сохранению и развитию языка, проходят на русском. Это все отголоски языковых реформ столетней давности. Об этом заявляет историк и автор многочисленных научных статей о становлении ТАССР Ляйсан Халилова. В интервью KazanFirst она рассказывает о том, как раз за разом татар заставляли переучиваться новой письменности, и объясняет, почему этому никто не мог противостоять.

— Ляйсан Альфировна, с 1927 по 1939 год, то есть всего за 12 лет письменность татар менялась дважды. Исходной графикой была арабская, потом ее поменяли на латиницу, а после этого на кириллицу. Как, по-вашему, это уникальность или довольно обычное явление в истории? 

— Лично я знаю только одну схожую с этим ситуацию: в 19 веке во французской колонии Кохинхин (ныне Вьетнам) поменяли иерографическое письмо на латиницу. Тогда у колонизаторов была четкая цель — оторвать вьетнамцев от исторических корней, от пласта национальной истории, чтобы помочь митрополии сделать их послушными проводниками своей политики.

— Выходит, то, что случилось с татарами, — довольно редкое явление. Давайте разберем все по порядку. Известно, что в 1927 году татары перешли с арабского письма, которым пользовались столетия, на латиницу. Кому или из-за чего вдруг понадобилось изменить уже отлаженную систему письма? 

— Для большевиков, которые в это время пришли к власти, проблема языка была частью вопроса национальной политики. Вводя языковые реформы, они конструировали новую национальную культуру. Они трансформировали татарскую культуру тем, что пытались выбить из основы национальной идентичности татар такой важный компонент, как религия, которая основывалась на арабской графике. Арабская графика в то время в некоторых моментах была уже неудобной, но к 1926 году татары в лице Каюма Насыри и других облегчили использование арабского алфавита и все эти реформы уже были успешно пройдены.

Когда Ленин говорил, что латинскую графику нужно принимать, чтобы получать знания европейские, это было лукавством, так как эти знания можно было бы осваивать и через русский язык. Необязательно было переводить татарский язык на латинскую графику.

— В народе бытует мнение, что это было сделано специально, чтобы татары, которые к этому времени стали одной из самых развитых и грамотных наций, потеряли свою лидерскую позицию, чтобы разрушить образовательную систему татар. Что вы думаете об этом? Насколько эти версии правдоподобны? 

— Латинизация татарского алфавита имела совершенно другую цель. Эта мера была временной. Большевики в начале 1930-х сами признавали, что арабская грамота была проводником реакционной идеологии. То есть латинизация татарской графики была катализатором момента, когда представители новой власти выявляли остатки противников коммунистической партии, социалистического режима.

— Как на это решение отреагировало само общество? Были ли протесты?

— Конечно же, было много противников этого перевода, особенно сопротивлялись казахи и татары, потому что их уровень национальной культуры в отличие от других был на более высоком уровне. Когда обсуждались преимущества и недостатки латинской графики, наши ученые, представили элиты в Баку яро вступали против, показывая, что мы больше потеряем, чем приобретем. Потому что переход на другую графику коснулся бы не только каких-то технических моментов, а целого пласта национальной истории, написанной на арабской графике учеными, писателями. Национальная литература, в том числе и историческая, была бы потеряна. Об этом предупреждали, так оно и случилось. Сейчас мы не можем без перевода или помощи специалистов прочитать труды Шигабутдина Марджани. Книги конца 19 и начала 20 века лежат и пылятся в музеях. Мы не можем поработать и в архивах. Если уж нам, ученым, трудно этим заниматься, хотя можно было бы обучиться арабской графике, что уж говорить о школьниках, студентах, которые принадлежали к моменту перевода к латинице. Все наше национальное достояние было погребено.

У Булата Султанбекова есть одна книга, в которой наша татарская элита написала письмо к власти против латинизации. Почти всех их репрессировали. А когда начался процесс кириллизации, никто уже не высказывался против этого, потому что к тому моменту сталинский режим уже окреп, репрессивная система была налажена. Противников практически не было, но официально на страницах газет и журналов было много писем о том, что якобы латинизация была неудачной и ни к чему не привела. Некоторые малочисленные национальности, например, абазины, высказывались, что им это было совершенно не нужно и что из-за этого произошел откат национальной культуры.

То, как в последующем татарский язык быстро перевели на кириллицу, говорит о том, что коммунистическая партия явно была настроена не для блага маленьких национальных культур и была нацелена на совершенно другие, более масштабные цели.

Хочется отметить, что во время языковых реформ многочисленные христианские народы, такие как грузины, армяне, беларусы, не подверглись латинизации алфавитов. А тех, кто уже использовал кириллическую письменность, например, молдаване, крещенные татар, якуты, их латинизировали, но, как мы [историки] полагаем, для массовки.

Удмурты не подверглись латинизации, но участвовали в разработке самого проекта. Это говорит о том, что не было целесообразности переводить их с кириллицы на латиницу, а потом снова на кириллицу. Мы видим, что  власти изначально были нацелены на единый алфавит в стране. Естественно, это была кириллица.

— Что случилось в 1939 году, когда татарскую письменность перевели на кириллицу? Какие были для этого основания?

— Новый этап — переход на русскую графическую систему. Конечно, национальная интеллигенция была против, но высказывать это они уже не могли. Начинается массовое обучение народов СССР русскому языку.

— Правда ли, что в то время среди татар были и те, кто был рад нововведению? Мол, в докладах к указу о переходе письменности с латиницы на кириллицу имеются положительные отзывы. 

— Те, кто так высказывался, были недальновидными людьми. Чтобы увидеть результаты реформ, нужно смотреть в перспективу на 50-80 лет.

В 1957 году родителям дали возможность выбирать, в какую школу вести детей, — в татарскую или русскую. Естественно, родители для социальной мобильности своих детей выбирали русскую, потому что в университете вступительных экзаменов на татарском не было. И даже то, что сейчас мне легче писать и говорить на русском языке, хотя я изучаю татарскую историю, — это все отголоски тех реформ.

— Сейчас представить татарский язык на другом алфавите очень сложно. Хотя в 90-х годах в Татарстане вновь поднимался вопрос возвращения татарской письменности на латиницу. Зачем это было нужно? 

— То, что в 90-х пытались вернуть латинскую графику, — это было влияние Турции. Увеличилось политическое и культурное  взаимодействие с этой страной, появилось желание усовершенствовать этот процесс.

— Какие цели преследовали большевики, когда один за другим менялась татарская графика? 

— Я полагаю, что смена арабской графики на латинскую должна была выбить из основы национальной идентичности татар религиозный компонент, что большевикам сделать удалось. А вторая смена произошла тогда, когда люди привыкли к латинице и начали предпринимать попытки объединить тюркские алфавиты.

Изучала этот вопрос, но пришла к такому выводу, что даже к 1939-1940 годам это сделать не получилось, в этом направлении не было никаких реальных продвижений. Ведь до 1926 года все тюркские народы могли встретиться, поговорить на одном языке и понять друг друга. Освоив латинский алфавит, такая возможность исчезла. Потому что латинские алфавиты были разные. Одни и те же слова звучали по-разному, сильно искажались, а до 1926 года такого разобщения не было, они все писались на арабской графике.

Никаких проблем во взаимодействии тюркских народов не было. У них было единое интеллектуальное поле. Есть хорошая книга Халифа Курбатова про татарский алфавит. Там проясняются различия. Взаимопонимание стало сложнее. Элита еще не сдавалась и пыталась проработать унификацию тюркских алфавитов. Но скорейшая кириллизация лишила тюркских народов возможности единения.

Татар сначала обрезали территориально в рамках ТАССР. Большая часть татар осталась за границами  республики. А потом лишили и возможности взаимодействия с другими родными культурами из одной языковой семьи. Получается, консервация татарской культуры в рамках ТАССР удалась.

— В заключение. Как вы относитесь к этим событиям? Давайте поразмышляем, что в этом есть позитивного и что  негативного. 

— Естественно, эти реформы носили негативный, деструктивный характер для национальной культуры татар. Религиозный компонент был выбит. Потом татарам оборвали все связи с другими тюркскими народами. Она была трансформирована и начала развиваться в другом направлении. Да, остался язык, театр, опера, музыка. Но это была другая татарская нация. Не гордая, не амбициозная. Ей больше ничего не хотелось для себя.

С моей точки зрения, хотеть что-то для себя, для реализации своих национальных интересов — это неплохо. Если нет других рычагов давления на власть, чтобы как-то улучшить экономическую ситуацию, то реализация национальных интересов с учетом экономических целей — это единственная возможность улучшить благополучие региона.

Хочется сказать, что сегодняшнее положение, когда большинство татар не знают татарского языка, является результатом именно тех языковых реформ. Аккультурация (обмен культурными особенностями. — Ред.) национальных меньшинств в первую очередь происходит через язык. Перенимая язык другого народа, легче перенять его национальные ценности. Сейчас татарин может подойти к православному и ради прикола поздравить с Рождеством и искупаться в проруби. Но в тот момент он забывает, что наши деды умирали за свою религию.

Мы разговариваем на русском и принимаем их праздники, их религиозные и культурные ценности. Мы обрусеваем. К этому мы пришли постепенно. Это была цель, которую ставил Сталин. Он основывал свои взгляды относительно национального вопроса на марксисткой философии, в которой предполагалось, что любая культура должна иметь эволюционный характер, то есть могла трансформироваться, перенимая язык и культуру большинства, а большинство у нас русские.

Источник: https://kazanfirst.ru/posts/522983

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, впишите ваш комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя