На территории Западной Сибири на протяжении многих столетий проживает тюркоязычный народ – сибирские татары. Одним из значимых компонентов, вошедших в состав сибирских татар на поздних этапах этногенеза, стали выходцы из Средней Азии, известные под названием бухарцы или сибирские бухарцы. Это обобщающее название узбеков, таджиков, уйгуров, в течение XVI–XVIII вв. переселившихся из Средней Азии в Западную Сибирь. Среди них встречаются выходцы из Самарканда, Ургенча, Бухары и других городов Средней Азии, которые сами себя называли «бохарлык», «сарты». Среди сибирских бухарцев принято выделять тобольских, тюменских, тарских и томских – по названию русских городов, в которых, а также в окрестностях которых, они обычно расселялись.

Начальные этапы переселения бухарцев исследователи относят к концу XIV в., когда, по одной из версий исламизации Западной Сибири, сюда прибыли среднеазиатские миссионеры, ставшие первыми проводниками мусульманской религии и культуры на территории края. Как отмечал Н.М. Ядринцев, «они (сибирские татары) заимствовали когда-то магометанскую образованность из Туркестана… бухарцы были первыми муллами». Несколько позже, во второй половине XVI в., в период правления хана Кучума, стремившегося внедрить ислам в Сибирском ханстве как государственную религию, из Бухары и Ургенча по приглашению хана прибывают исламские миссионеры, которым оказывалась всемерная поддержка и покровительство.

Но, если первые бухарцы были исламскими миссионерами, то в дальнейшем в Сибирь из Средней Азии направляются купеческие караваны. За стремлением правящих кругов узбекских ханств усилить влияние ислама в Сибири, стояли, прежде всего, политические и экономические интересы. Как замечает Х.З. Зияев, «после того, как была открыта дорога для ислама в Западной Сибири, сюда стали приходить среднеазиатские караваны». Таким образом, стратегию развития взаимоотношений между Западной Сибирью и Средней Азией во второй половине II тыс. н. э. предопределили два основных фактора – торговля и религия.

После присоединения Западной Сибири к Русскому государству процесс переселения бухарцев в Сибирь усилился. В XVI–XVII вв. интересы верхушки среднеазиатских ханств совпали с интересами Московского государства, которое, стремясь к упрочению торговых связей со Средней Азией, всячески поощряло переселение в Сибирь торговцев-бухарцев. Царскими указами им были даны большие привилегии в области передвижения и торговли. В конце XVI – начале XVII вв. они имели возможность торговать беспошлинно, а с XVII по начало XVIII вв. – с уплатой «двадцатой» пошлины. Бухарцы не несли ямскую повинность и имели право свободного передвижения по русским городам и слободам, были освобождены от тягла и оброков. В результате протекционистской политики Русского государства в XVI–XVIII вв. в Прииртышье были основаны многочисленные бухарские колонии. В дальнейшем они будут играть важную роль и в укреплении позиций мусульманской религии в Сибири.

Основными районами поселения бухарцев в Сибири были окрестности первых русских городов – Тобольска, Тюмени, Томска и Тары, ставших центрами торговли. Одна из самых больших бухарских колоний находилась в г. Тобольске. По данным переписных книг в конце ХVII в. в Тобольске проживали 74 юртовских бухарца и 57 приезжих для торговли бухарцев.

Неизвестный путешественник, побывавший в Тобольске во второй половине XVII в., дает подробное описание бухарцев и их занятий, среди которых, прежде всего, называет торговлю. «Эти бухарцы ведут большую торговлю товарами, которые … каждогодно вывозят из Китая и из большой империи Хины в их страну Бухару и оттуда перевозят в Тобольск на верблюдах, так как русские не ведут ни дружбы, ни торговли с китайцами и жителями Хины, не доверяя друг другу; поэтому такую торговлю ведут за них бухарцы: они из своей страны имеют в Китай двухмесячный путь, а затем из Бухары до Тобольска – шесть недель, какой они удобно делают на своих верблюдах». Далее он сообщает, что привозимыми товарами «торгуют они открыто и имеют в верхнем городе Тобольске свои соответствующие лавки и ларьки, в которых они сидят и продают, и если они наверху имеют большой убыток, то продают они больше под горой в своих домах. С подобными товарами приходят они тоже, пожалуй, 2 раза в год и уходят обратно…»

Кроме Тобольска, бухарцы расселялись вокруг города. Так, в середине XIX в. бухарцы проживали в 47 населенных пунктах Тобольского округа. В основном они проживали совместно с ясачными и служилыми татарами, но были и собственно бухарские селения. Так, в Тобольском округе, это были юрты Комаровские (Комарау) и Миримовские (Коллар).

В окрестностях Тары, по данным Ф.Т. Валеева, бухарцы проживали в 13 населенных пунктах, из которых бухарскими были Себеляково, Речапово, Уленкуль, Яланкуль, Каракуль, Аубаткан, Кумуслы и др.

В Тюменском округе известно также 13 селений, где проживали бухарцы. Это юрты Ембаевские, Тураевские, Матьяровские, Шабабинские и др.

В середине XIX в. численность сибирских бухарцев составляла 9051 человек. Из них в Тюменском округе проживало 2705 человек, в Тарском – 3074 и в Тобольском – 3272 человека. В конце XIX в., по данным Первой всеобщей переписи 1897 г., численность сибирских бухарцев в Тобольской губернии составляла 11307 человек, в Томской – 294 человека. Общая же численность бухарцев в Западной Сибири была 11601 человек. В городах проживали 454 бухарца, а в селениях – 11147 человек. К концу XIX в. численность бухарцев значительно возросла, но основными центрами их проживания в Тобольской губернии по-прежнему остаются районы Тюмени, Тобольска и Тары. Бухарцы составляли значительную часть населения региона. Так, во второй половине XIX столетия их было почти четверть тюркоязычного населения Тобольской губернии. Такие же соотношения сохранялись и в первой четверти ХХ в.

В XIX в. в Тарском, Тобольском и Тюменском округах Тобольской губернии были образованы бухарские волости, существовавшие вплоть до первой четверти ХХ в.

«Тип бухарцев сохранился довольно хорошо преимущественно в крупных юртах, где живет почти сплошное бухарское население (Ембаевские, Тураевские, Матьяровские), – писал С.К. Патканов о тюменских бухарцах. – Там, в особенности между более зажиточным классом, можно встретить красивые среднеазиатские типы с правильными чертами лица и черными волосами. Бухарцы хорошо сложены и красивее татар, беднейший же класс их вследствие частых браков с татарами утратил чистоту лица и представляет все переходные ступени от бухарского к татарскому».

Как отдельная этническая категория бухарцы последний раз отмечаются в переписи 1926 г. В дальнейшем они уже идентифицировали себя как татары (сибирские татары) и под этим названием указывали себя в переписях. Активные ассимиляционные процессы начались в XIX в., особенно усилившись в ХХ в. Им способствовали близость языка, культуры, единая религия бухарцев и сибирских татар. Если еще в начале ХХ в. многие бухарцы осознавали себя как отдельный народ, то в настоящее время их потомки полностью слились с местными сибирскими татарами.

Значительную роль бухарцы сыграли в становлении и развитии системы исламского конфессионального образования в Западной Сибири.

Ф.Т. Валеев отмечает, что среди татарского населения Сибири бухарцы выделялись высоким уровнем образования. В XVII–XVIII вв. некоторые из сибирских бухарцев выполняли обязанности переводчиков и послов, многие работали учителями в школах-мектебе, открытых при мечетях. По сведениям Н. Витзена, уже в XVII в. в Тобольске существовала «арабская школа» – медресе, где преподавали чтение Корана на арабском языке. А преподавателем в этой школе был один из бухарских сеидов, выводивший свой род от пророка Мухаммеда. Эта мусульманская школа, по словам С.В. Бахрушина, была рассадником грамотности среди татарского населения Тобольска. Одним из учеников этого старейшего сибирского медресе был известный просветитель конца XVIII – первой половины XIX вв. тобольский бухарец Ниятбаки Атнометев, опубликовавший в 1802 г. свой «Букварь татарского и арабского письма» – краткое руководство по изучению тюркских языков. По мнению Ф.Т. Валеева, «издание работы Н. Атнометева показывает растущий интерес в России к изучению тюркских языков, в частности, языка сибирских бухарцев».

Следует отметить, что почти при каждой мечети в Сибири существовали мектебе – начальные школы, учителем (мугаллимом) в которых обычно был местный имам. Во многом, поэтому у татар и бухарцев в XIX в. был довольно высокий уровень грамотности, значительно превосходящий грамотность других народов Сибири, включая русских. В бухарских селениях мектебе существовали издавна. Так, например, в центре мусульманского просвещения в Западной Сибири – бухарском селе Ембаево Тюменского округа, в первой половине XIX в. существовало несколько мектебе, в которых обучались дети бухарцев и татар.

В середине XIX столетия в Сибири появляются медресе (средние или высшие учебные заведения). Медресе, как и мектебе, находились при мечетях. Открывали их в городах или в крупных населенных пунктах, где были богатые торговые бухарцы, которые обычно медресе содержали на собственные средства. В медресе поступали ученики, которые окончили мектебе. Мударрисами (лекторами) в медресе в основном были выпускники среднеазиатских, и, прежде всего, бухарских медресе.

Одним из первых медресе в селе Ембаево открыл в 1841 г. торговый бухарец Абдулниязов. В 1871 г. это медресе было перестроено на средства купцов Сейдуковых. Это учебное заведение, которое одно из первых не только в Сибири, но и в России, перешло на новую систему конфессионального образования – «ысул джадид», было широко известно в Западной Сибири. Преподавателей для Ембаевского медресе готовили в Бухаре на средства Нигматуллы Сейдукова и других богатых бухарцев.

Исламская система образования рубежа XIX–ХХ вв. серьезно повлияла на развитие культуры и экономики, а впоследствии и на политическую жизнь татар, что выразилось в создании российской мусульманской партии и депутатской фракции в Государственной Думе.

Кроме главного занятия – торговли, бухарцы занимались ремеслами. Среди бухарцев было много ткачей, кожевников, медников, ювелиров, и со временем их древние художественные традиции вплелись в культуру сибирских татар.

Неизвестный путешественник сообщает, что «Бухарцы, живущие в Тобольске, происходят из страны их Бухары; это богатые люди; они живут в прекрасно построенных деревянных домах, имеющих большие окна и двери на немецкий образец. Их комнаты украшены красивой резной утварью и дорогими китайскими коврами; живут они чисто и опрятно, одеваются в красивые одежды, с длинными и широкими халатами, которые они на груди совсем запахивают и с одной стороны подмышкой завязывают поясом; эти одежды обычно хорошо сделаны из китайки и китайских материй, из шелка или других, набиты ватой и выстеганы; на головах, которые они гладко выбривают, носят они маленькие шапочки, посаженные на затылке, как ермолки: на этих ермолках, густо и богато шелками, серебром и золотом вышиты и вытканы различные узоры; они никогда не снимают эти шапочки как дома, так даже и тогда, когда они стоят перед воеводой; помимо них носят они обычно шапки, заостренные кверху и сплошь, шов около шва, вдоль и поперек расшитые бумажными нитками. Их старшины, которых они сменяют каждый год, выбирая на их место других, обвязывают кругом своих шапок белые повязки…»

Этнокультурные связи со среднеазиатскими переселенцами отчетливо прослеживаются в народном костюме, одежде и украшениях сибирских татар. Заимствованные элементы впоследствии стали органической составной частью традиционной культуры татар региона. Поэтому далее мы будем говорить о декоративно-прикладном творчестве бухарцев и сибирских татар.

Известная исследовательница декоративно-прикладного искусства сибирских татар Ф. Буреева предлагает условно поделить предметы с такими украшениями на три группы: выполненные из дерева, бересты, камыша; изделия из мягких материалов (ткань, кожа); металлические изделия.

Рассмотрим изделия декоративно-прикладного творчества из ткани и кожи, к которым, прежде всего, относятся предметы домашнего обихода и одежда.

В деле украшения вещей из мягких материалов ведущая роль принадлежит, безусловно, женщине. О мастерстве татарских женщин XIX в. И.Н. Юшков писал: «Татарки отлично умеют шить платья и наряды, вышивать шелком, серебром, золотом и бисером, ткать холст, валять сукно, прясть нити, белить пряжу. Их изделия часто поражают тщательностью отделки. У татарских модисток не достает изобретательности и вкуса французских, зато достаточно находится старания и усидчивости за работой, и отсутствие европейской гениальности в рукоделиях у них совершенно вознаграждается азиатским терпением». Девочки обучались шитью и вышиванию с раннего возраста. Татарские мастерицы владели разнообразными приемами вышивки: строчечным, попеременным строчечным, стебельчатым, тамбуром, гладью односторонней и по настилу, в прикреп, в лом, ковровым, а также шитьем бисером, жемчугом; «козликом», петельным, двойной гладью, крестом простым и растянутым, мережкой и др. Для вышивки использовались шелковые нити, мулине, гарус, синель, золотные нити, а также дробницы, бисер, жемчуг. Для шитья использовали разнообразные ткани, такие как лен, шелк, бархат, ситец.

К украшениям всех классов татар региона относились различного рода орнаменты на обуви, вышивки на поверхности головных уборов и одежды. Материалами для украшений служили металл, камень, ткань.

В композиции традиционного праздничного костюма наиболее декорированными являются головные уборы, как женские (калфак, сарауц), так и мужские (тюбетейка).

Тюбетейка / кабац, аракчин представляет собой небольшую надеваемую на макушку шапочку, которая чаще всего кроилась из четырех клиньев и имела полусферическую форму. Тюбетейка шилась из сатина, ситца, вельвета, плюша, бархата. Праздничные тюбетейки часто шились из бархата или плюша. Орнаментировались обычно двумя способами: стежкой и вышивкой. Для пошива тюбетейки использовались ткани черного, синего, зеленого, коричневого цвета, а для вышивки – нити шелковые, мулине ярких цветов, которые контрастировали с фоном. Вышивали тамбуром, гладью, строчечным швом.

Один из часто использовавшихся орнаментов на четырехклинной тюбетейке – ромб, поделенный на четыре треугольника. В середине ромба – четырехлепестковый цветок. На тулье располагались четыре прямоугольника-арки, в центре них – ромб, составленный из двух треугольников разного цвета. Как считают исследователи, мотивы арки и миндаля на тюбетейках сибирских татар связаны с влиянием бухарцев. Данный тип тюбетеек был широко распространен среди тоболо-иртышских татар, называвших подобные головные уборы узбекскими.

Также при орнаментации тюбетеек использовалось золотное шитье. Обычно оно использовалось при изготовлении праздничных тюбетеек из дорогих тканей. На бархате создавались растительные и геометрические узоры, расположенные на донце и тулье. Иногда золотным шитьем была орнаментирована вся поверхность головного убора. Мотивы узоров и характер декора головных уборов сибирских татар схожи со среднеазиатскими и поволжско-татарскими.

К декорированным женским головным уборам относятся сарауцы и калфаки. Калфак считается традиционным женским головным убором казанских татарок, который был заимствован сибирскими татарами в середине XIX столетия и получил среди них широкое распространение. В дореволюционный период калфаки поступали в Сибирь из Казани и Оренбурга, а также изготавливались самими сибирскими татарками. Среди калфаков, бытовавших у сибирских татар и сохранившихся в коллекциях сибирских музеев, можно выделить девичьи калфаки, женские (отличавшиеся от девичьих твердым околышем) и калфачки – небольшие головные уборы-наколки, ставшие популярными, прежде всего, у городских татарок на рубеже XIX–XX вв. Сверху калфаки могли покрывать платками, шалями, покрывалами. Несмотря на определенные различия этих видов калфаков, они имеют значительные сходства в декорировании.

Орнаментация калфаков носит преимущественно растительный характер, в котором присутствуют такие мотивы, как пышные цветы, бутоны, листья, побеги. Используются золотное шитье, шитье жемчугом и бисером, вышивка синелью, инкрустация самоцветами, отделка мелкой серебряной монетой и др.

Композиционно узор часто представляет собой бордюр в виде одной ветви, украшающий лобную часть калфачка-наколки или мешковину большого калфака, а также в виде волнистого побега на тулье калфака. Узоры выполнялись золотной нитью, представляющей собой скрученную в спираль тонкую проволоку из меди, серебра (с позолотой или без нее), внутри которой проходила шелковая или хлопчатобумажная нить, а также волоченной плоской нитью. Зачастую золотное шитье дополнялось дробницами – медными штамповками в форме месяца, бутонов, блестками, а также бисером. Аналогичная техника применялась и при вышивке сарауца.

Цветочные мотивы на калфаках вышивались шелковыми разноцветными нитями или гарусом в технике двойной глади и стебельчатого шва. Для декорирования калфаков применялась также синель – бархатная нить, в основе которой – гибкая тонкая проволока, которой вышивали по поверхности калфака растительные узоры.

Часто при украшении женских головных уборов, как калфаков, так и сарауцев, использовался бисер (чаще всего белого цвета, имитирующий жемчуг), а также речной жемчуг. В этом случае обычно использовалась техника «сажения»: бисер (жемчуг) нанизывали на нить и полученную цепочку пришивали к изделию поверх настила другой нитью поперечными стежками, которые делались за каждой бисериной (жемчужиной). В результате получали объемные выпуклые растительные узоры – цветы, бутоны, листья.

У сибирских татарок был широко распространен еще один вид женского головного убора – сарауц.

Это традиционный праздничный головной убор замужних женщин. Бытовал у сибирских татар. Основой, каркасом сарауца служат две параллельные тонкие металлические ленты, которые придавали головному убору вид диадемы. Выполнены сарауцы из бархата, шелковой либо хлопчатобумажной ткани, вышиты золотным шитьем, гладью шелковыми нитями, бисером или речным жемчугом. В коллекциях Тобольского музея-заповедника хранятся несколько старинных головных уборов, украшенных серебряными монетами, серебряными бляшками и пластинами.

Как правило, изделия, декорированные золотным шитьем, бисером, синелью, «ушками», выполнялись мастерицами, специализировавшимися в этих видах рукоделия.

К изделиям декоративно-прикладного искусства из мягких материалов относятся также вышитые скатерти, наволочки, дорожки, ковры, подзоры на кровати и т. д.

В богатых домах в конце XIX – начале XX вв. многие бытовые предметы были выполнены из дорогих материалов, как, например, наволочка для подушки из фондов ТИАМЗ (Тобольский историко-архитектурный музей-заповедник), сшитая из бархата, на которой вышит синелью и бисером букет цветов.

В интерьере дома большое значение придавалось коврам. Ими обычно накрывали сундуки, стелили на нары (урын) либо на пол. Были распространены безворсовые ковры / паласы – аламыш или урмек, а также тканые – кләм. Аламыш изготавливали на горизонтальном ткацком станке простым полотняным переплетением окрашенных шерстяных или льняных нитей, жгутов из полосок ткани. Еще один тип ковров – корама. Это мозаичный ковер прямоугольной или квадратной формы, изготовленный из кусочков ткани, которые собирают в мозаику. Бытовали у сибирских татар также войлочные ковры – киис, узор которых напоминал орнамент казахских войлочных ковров.

На рубеже XIX–ХХ вв. были широко распространены вышитые ворсовые ковры. Декор таких ковров был очень яркий, красочный. На черном или темно-бордовом фоне в центральной части ковра вышивались крупные цветы и листья розы, края окаймлял аналогичный орнамент, но меньших размеров.

К изделиям декоративно-прикладного искусства из металлов относятся, прежде всего, ювелирные украшения.

В коллекциях сибирских музеев хранятся ювелирные украшения, бытовавшие в прошлом у сибирских татар. Самая большая коллекция татарских ювелирных украшений находится в фондах ТИАМЗ. К женским украшениям относились накосники (чулпы) из просверленных серебряных монет, разнообразные серьги (сырга, алга), ожерелья, бусы (мунцак), браслеты (беләзек), кольца, перстни (йөзек), нагрудные украшения. Степень ценности украшений зависела от социального положения женщины. Так, женщины и девушки из богатых семей носили браслеты, кольца из серебра (редко золота) высоких проб, серебряные перстни с драгоценными камнями, дорогие серьги, жемчужные ожерелья, тогда как женщины и девушки из бедных семей носили браслеты и кольца. Отметим, что серебряные украшения выполняли также и функцию оберегов.

Среди типов браслетов наиболее распространенным был сплошной, сделанный из цельной пластины. Изготовлялись они в основном из серебра. Ширина браслетов достигала нескольких сантиметров. Украшались часто резьбой, гравировкой, накладной сканью и зернью, инкрустировались драгоценными и полудрагоценными камнями. Наиболее распространенными мотивами орнаментации таких браслетов были растительные, а также стилизованная арабская вязь. Другой вид браслетов – составной, представлявший собой соединенные друг с другом пластинки, часто ажурные, выполненные в технике скани, украшенные крупными полудрагоценными камнями – сердоликом, малахитом, коралловыми и бирюзовыми вставками. При декорировании недорогих браслетов из низкопробного серебра использовались цветные стекла, паста. Следует отметить, что коралл, сердолик, бирюза и малахит были наиболее предпочтительными камнями у татарских ювелиров при декорировании ювелирных украшений.

В коллекциях ТИАМЗ и Тюменского областного краеведческого музея присутствует значительное число медных, серебряных и позолоченных колец, бытовавших у сибирских татар. Многие из них украшены гравировкой или резьбой, перстни с крупными камнями – сердоликом, малахитом, топазом. Кроме того, имеется несколько перстней-печатей, изготовленных из серебра.

Как женщины, так и мужчины носили на цепочке на груди украшения – амулетохранительницы (коранницы). Подобные массивные нагрудные украшения были довольно широко распространены среди богатых сибирских татар. В коллекции ТГИАМЗ насчитывается более 20 таких украшений. Они состоят из одной-двух-трех подвесок в виде цилиндров, иногда в сочетании с плоскими массивными бляхами.

Внутри этих полых цилиндров носили выписки из сур Корана, которые служили оберегами. Эти украшения были изготовлены из серебра, часто покрыты позолотой, украшены обильным цветочным и растительным орнаментом с использованием техники зерни, гравировки, штамповки, драгоценными и полудрагоценными камнями. Как считает известный казанский этнограф С.В. Суслова, подобные амулетохранительницы были издревле характерны для тюркских и монгольских народов Евразии, в тобольской же коллекции имеются очень ранние экземпляры, аналоги которым встречаются еще в золотоордынских кладах, а традиция их ношения была известна еще задолго до принятия ислама.

Еще одним вариантом нагрудных украшений сибирских татар являются цепочки-подвески, состоящие из блях и (или) монет. Они были широко распространены среди зажиточного слоя сибирских татар. Одно из них – в виде цепочки, к которой на колечках через специальные ушки подвешено восемь круглых литых и одна круглая литая с зубчатым краем блях, украшенные пастовой и коралловой вставкой. Обращает внимание архаичная техника блях – зубчатый зерневой поясок вокруг гнезда вставки. Подобная техника, по мнению исследователей, имела большое распространение в Золотой Орде.

Одним из уникальных предметов тобольской коллекции татарских украшений является лунница «айчык» – женское шейно-нагрудное украшение. Лунница представляет собой металлическую пластину, поверхность которой покрыта чеканным цветочно-растительным орнаментом. Основной мотив чеканки – высокорельефные цветочные розетки. По нижнему краю лунницы – подвески, среди которых сферические бусины из гладкой сканой проволоки аналогичны украшениям золотоордынского периода, а также украшениям народов Средней Азии, Кавказа, татар Поволжья. Центральная подвеска – амулет – медвежьи когти в металлическом футляре, украшенном бирюзой. Наличие в украшении подобной подвески не оставляет сомнения в сибирском бытовании уникальной лунницы. Ведь амулеты в виде медвежьих когтей достаточно широко распространены среди сибирских татар и в настоящее время, особенно среди заболотных татар. Связано это с реликтами культа медведя, характерного для многих западно-сибирских народов. Хочется отметить наличие на данной луннице в качестве подвесок голубых бусин – «күк мунцак», «күк тимә», которые были очень распространены в украшениях сибирских татар и выполняли функцию оберега. Это еще одно свидетельство отголосков доисламских тенгрианских верований сибирских татар.

К достаточно древним украшениям из коллекции ТИАМЗ относятся также миндалевидные серьги-подвески, скорее всего, относящиеся к периоду Сибирского ханства. Это массивные серьги, по форме основного щитка и характеру мелких подвесок-монеток идентичны казанско-татарским серьгам, а по рисунку скани, массивности и некоторой грубоватости техники исполнения сопоставимы с золотоордынскими изделиями.

Среди украшений тобольской коллекции значительную часть составляют пуговицы «тима».

Они всегда являлись неотъемлемой частью татарского костюма, как женского, так и мужского. Как писал И.Н. Юшков: «Татары любят щеголять пуговицами: самые бедные из них носят пуговицы из цветного стекла на медном стержне…» В тобольской коллекции ювелирных изделий насчитывается около 100 пуговиц, которые поражают разнообразием техники исполнения и размеров. Большая часть пуговиц небольших размеров, выполнены из серебра, многие позолочены, с использованием вставок из малахита, бирюзы, коралла и стекла, использована разнообразная техника – скань, зернь, литье, гравировка. Эти пуговицы бытовали у сибирских татар в XVIII–XIX вв. Но особое внимание привлекает ряд пуговиц, заметно отличающихся от других размерами (некоторые из них размером с куриное яйцо), и, судя по характеристикам, украшавших костюм татарской знати. Это изделия яйцевидной формы, полые внутри, позолоченные, поверхность которых покрывает довольно крупный, рельефный стилизованный растительный орнамент, выполненный в технике высокорельефной чеканки. Представленные в коллекциях пуговицы различаются временем изготовления и бытования.

Рассматривая такой важный источник по материальной культуре татар, как ювелирные украшения, можно говорить о сохранении в культуре пласта, генетически восходящего не только к периоду Сибирского ханства, но и к более раннему – золотоордынскому периоду, отразившемуся на примере данной коллекции.

В коллекции предметов народного костюма сибирских татар, хранящихся в фондах Тобольского историко-архитектурного музея-заповедника, насчитывается более 400 предметов одежды и ювелирных украшений. Большая часть предметов была передана в Тобольский музей в начале 20-х годов ХХ в. представителями рода мурз Кульмаметевых (часть предметов записаны как поступившие от Кульмаметевых, другие не атрибутированы, хотя время их приобретения по книгам поступлений ТИАМЗ совпадет с предыдущими и датируется 1921 г. либо началом 20-х гг.). О некоторых предметах сохранилась информация, что они были переданы в музей представительницей известного рода Фатимой Кульмаметевой.

В комплекс праздничной женской одежды знатных татар, поступивший в Тобольский музей в начале XX в. от мурз Кульмаметевых входят платье, камзол и халат. Бытование данного костюма относится ко второй половине XIX в. Платье «көйләк» широкое, туникообразного кроя, с длинными рукавами, спускающимися ниже колен (длина рукава свидетельствовала о высоком социальном положении обладательницы). Крой платья лаконичный. К декору можно отнести ряд мелких пуговиц на груди, которые застегивались на петли из золоченой узкой тесьмы. Дополняет платье съемный воротник-стойка, обшитый металлическими бляхами. Характерным моментом является присутствие широкой каймы из яркой однотонной ткани (в данном случае красной), которой обшивался подол и рукава платья с внутренней стороны. Поверх платья надевался камзол без рукавов, который сшит из плотной парчи с подкладом из хлопчатобумажной ткани. Завершает данный комплекс атласный халат туникообразного кроя с длинными рукавами с прорезями. Халат окантован узким плотным жгутом из золоченых нитей. Спереди халат украшен рядом горизонтально идущих полос широкого золоченого галуна. В фондах ТИАМЗ имеется еще несколько, аналогичных вышеописанным, образцов праздничной женской одежды со схожим кроем и декором. Это позволяет говорить о существовании определенного типа традиционного костюма среди высшей прослойки сибирско-татарского общества вплоть до начала ХХ в. Для этого типа были характерны как черты, присущие общенациональному татарскому костюму (туникообразный крой, наличие камзола, мозаичная кожаная обувь, комплекс ювелирных украшений и др.), так и специфические, в которых проявляется сильное влияние среднеазиатского компонента (некоторые особенности кроя, использование для пошива восточных тканей с характерной расцветкой, использование массивных ювелирных украшений и пр.).

В коллекцию музея в 1908 г. от жителя юрт Иртышатских Тобольского района Д.А. Кульмаметева из рода князей Кульмаметевых поступило несколько стрел, представляющие собой деревянные стержни с наконечниками вытянутой треугольной формы. Также в 1908 г. в Тобольский музей от Д.А. Кульмаметева поступил шлем типа мисюрки, который значится как «родовая вещь Кульмаметевых».

Он представляет собой гладкое кованое полушарие. «Сверху – маленькое отверстие, на поверхности 4 ромбические медные бляшки, по всей окружности прикреплена бармица из 4-х частей, с лицевой стороны занавеска из густой мелкокольчатой кольчуги: с боков и сзади 3 отдельные части, фигурно вырезанные по краю и местам соединений из шести 4-х угольных пластинок и прикрепленных …кольчужного широкого края. Сверху крыты синим сукном, прикрепленных к пластинкам пятью круглыми бляшками к каждой и были подбитые зеленым сукном». Другой татарский шлем, хранящийся в фондах Тобольского музея, был приобретен в 1910 г. Это шлем типа шишака. Форма полушария с сильно вытянутым и тупым верхом. «На площадке верха 3 из 4-х шипа и отверстие для центрального навершия склепаны из 8 продольных полос-треугольников. По нижнему краю идет широкая полоса с серебряным орнаментом из завитков с мелкими листьями; спереди подобие козырька, килевидное поле, по нижнему краю оставляя лицо прикреплена бармица (3 части) из 4-х угольных пластин – сохранились 14, подбитые оленьей кожей и синей материей и крытая красным сукном, прикрепленным к каждой пластинке 3–5 крестообразными медными бляхами». По мнению исследователей сибирского вооружения, подобные шлемы были широко распространены среди представителей кочевой знати Северной Азии.

В коллекциях Тобольского музея отразилась некоторые страницы истории сибирско-татарской элиты, которую составляли представители верхушки служилого сословия и сибирские бухарцы.

З.А. Тычинских, кандидат исторических наук
№ 1, 2021
Фотографии из фондов ТИАМЗ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, впишите ваш комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя